Виктор Кухарчук: «Это целая комбинация, которая сложилась в цепочку»

Виктор КухарчукПроблема многих людей, которые уже давно работают в аграрном бизнесе, в том, что они думают, что будут работать в этом бизнесе и завтра. Но если они не изменят своих взглядов, на их место придут новые люди.

Ярким примером нового поколения аграриев является Виктор Кухарчук, директор по производству компании Trigon Agri (Харьковская область, Украина). Он всесторонне развит, открыт, досконально знает свое дело, очень увлеченно занимается им, доходит до самых тонкостей в выращивании сельскохозяйственных культур. Виктор не только ставит, но и умеет воплощать в жизнь самые амбициозные планы. Так, например, он ставит перед собой задачу не просто добиваться стабильных урожаев, а получать стабильно высокие урожаи. Все эти качества помогают ему успешно внедрять технологию No-till на полях компании, в которой он работает.

– Побывав на ваших полях, я видел насколько предметно и глубоко вы занимаетесь технологией No-till. Как ваше предприятие пришло к этой технологии?

– Сначала была экономика и экономия, а потом уже влезло в голову, что землю нельзя использовать неправильно. Потом уже началась литература. Сначала как бы пробовали экономить. Но сказать, что есть поле и сказать, что есть No-till, потому что не пашешь – это неправильно. Надо почувствовать, что этот кусок поля готов, он живой, его надо оживить, его надо подготовить – как минимум его надо выровнять.

– Как давно пришло это решение?

– Я пришел в компанию 6 лет назад, там даже слова не было об этом. Там была закуплена техника под No-till, были и плуги, которыми пахали. Перед посевом, например, дисковали на 10 см, потом сеялку Great Plains запускали и она сеяла на 10 см, потому что она иначе не может. Вот оттуда и начинались все проблемы, потому что мы не могли получить качественную классную пшеницу. Это первое.

Потом, когда провели первый год, мы увидели, что есть проблемы с перезимовкой. Отсутствие растительных остатков, отсутствие стерни привело к тому, что у нас были потери рапса и даже пшеницы. Мы начали задумываться, что хочет пшеница, что хочет рапс и как уйти от всех рисков, которые есть у каждой озимой культуры.

Разобрали все риски, мы их определили 13. И под этот каждый риск мы сделали вывод, что лучше No-till ничто другое так не сохраняет каждую культуру, то есть рапс и пшеницу. Потом под это уже смотрели по нормам высева и срокам высева. Просто мы не увеличивали количество техники, а уменьшали и сместили сроки посева, соответственно изменили норму высева. Если говорить об озимой пшенице, то мы начинаем сеять с 1,5 млн/га.

– Вас не пугали вредители, которые неизбежны при ранних сроках сева?

– Вредители могут пугать в самых южных регионах, если говорить о разных мухах. Тут такой проблемы не было. Это первое.

Второе – я скажу так, что муха может сделать для пшеницы, у которой есть 5-6 стеблей? Ну убьет первый. Потом мы посмотрели. У нас был такой случай в Ставрополье – был ранний посев и не знаю почему, муха выбрала одно поле и процентов 70 пшеницы она просто убила. Что было делать? Пересевать? Решили – давайте посмотрим, что будет.

Что произошло? Она убила доминанту – главный побег. И то, что мы делали регуляторами роста весной, выравнивая пшеницу – она, получается, убила первый побег и пшеница начала интенсивно куститься и все колосья были на одном уровне.

Мы собрали самый большой урожай на этом поле. Парадокс! И поэтому раньше я очень сильно переживал за осеннюю муху. Если есть повреждение пшеницы осенью 10 %, то оно ничего не влияет на величину урожая, потому что больше проблем создают весенние вредители. Если клоп пробьет растение колоса, то у тебя уже вообще колоса не будет. У нас здесь было больше проблем, поэтому клопа мы держали строго.

А если у нас на ранних посевах, которых у нас 25-30 %, были повреждения вредителями до 5%, я не вижу в этом проблемы. Потому что муха, как правило, летает в теплую погоду – это осень, +15-18°, после обеда до 4 часов дня у нее интенсивный лет. Получается, если мы заходим с опрыскивателем, то мы можем поймать ту муху, которая на лету. Если есть яйцо, то она уже убила. Но пшеница, если муха убивает центральный стебель, начинает очень интенсивно куститься. Нам самое главное было сделать сильную корневую систему и чтобы она начала сильно куститься. Корневая система соответствует срокам роста пшеницы – чем дольше растет пшеница, тем лучше развивается корневая система. Но нужно было сделать корневую систему, которая проникнет с осени как можно глубже и получить вторичную корневую систему.

Непросто – первичная корневая система, колеоптиле. У нас колеоптиле вообще не было. Пшеница сеялась на глубину 1,5-2 см – сразу первичная корневая система, потом 3 листа, кущение и сразу вторичная корневая система. Мы ушли от проблемы выпирания за счет мощной корневой системы. Еще в этом вопросе помогают растительные остатки. Чем их больше, тем медленнее прогревается почва. Я не скажу, что это 20-30 дней. Но даже 2-3 дня играют большущую роль, потому что ты переживаешь все это. 2-3 дня этот риск, 2-3 дня – другой. Получается, ты сглаживаешь все. Вот на этом микромолекулярном уровне мы уже сыграли.

– Когда летом я был у вас на полях, видел участки, на которых закладываются опыты. Обычно производственники ждут рекомендаций от науки и просто их выполняют. При этом обычно они говорят – мы сотрудничаем с наукой. Вы делаете ту работу, которая должна делать наука. Почему?

– Сельскохозяйственная наука отстала на много лет. Даже не отстала, а она просто идет в другую сторону. Чем они могут аргументировать свои опыты, если они никогда не видели No-till сеялки и в опытах по нулевой технологии используют обыкновенную сеялку. Или наука всегда говорила, что нужно сеять пшеницу на глубину 5-6 см, а в реальности получалось 7-8 – при этом это уже все, смерть для пшеницы. Она вылезает наверх и уже не думает, как произвести потомство, а думает, как выжить самой. А самое главное произвести большое здоровое и тяжелое потомство. Больших детей. Так просто.

Опытов очень много и самое основное – это найти тот квадратик в этих опытах, который будет для анализа, а что было лучше всего в этом году и в этой климатической зоне. В чем проблем сельского хозяйства в этих регионах, где мы работаем – мы никогда не знаем, когда наступит критический период. Почему Европа получает высокие урожаи каждый год? Только технология? Да, они получают 6 т, через 10 лет получают 6,5 т. Еще 10 лет – 7 т. Еще 10 – 8 т. У них нет такого, чтобы один год получили 4 т, следующий 8 т, затем 6 т, 3 т. У них нет такого. У них есть стабильный климат, стабильные осадки, стабильная температура, стабильный ветер или отсутствие ветра лучшего всего. У них можно все спрогнозировать.

У нас же получается, что ты никогда не знаешь, что у тебя будет. Как у нас реакция на посевы? Мы видим, что у нас все посевы с зимы выходят примерно одинаковые, то есть хорошо раскущенные, плохо раскущенные, даже шило когда уходит в зиму. Потому что все зависит от того, когда и сколько у тебя пройдет дождя.

Все получают одинаковую норму азота первый раз. Потом мы как бы сидим «в засаде» и смотрим – по Интернету передают дождь вот здесь. Мы выводим все разбрасыватели, селитру перед дождем и после дождя один день – этот массив закрыли.

Ага, если азота больше, значит надо соответственно пересчитывать защиту, потому что есть первый фунгицид и все должно быть здоровое и чистое, нет смысла кормить, лечить. Как в детском саду.

Если заболел – в больницу, вернулся обратно и снова в строю. Так и у нас, есть массив, он должен получить первую базу все одинаково. Потом мы сидим и смотрим – ага, мы видим пшеница хорошо раскущена – надо два регулятора роста. Соответственно у нее будет больше болезней, потому что меньше продувается. Пшеница, которая позже – надо послабее фунгицид. Обязательно, но послабее. И надо меньше норму. Надо азот для активного роста и регулятор для интенсивного кущения.

Подтянули. Дождь прошел. Что нужно делать? Нужно делать большой колос. Что надо для большого колоса? Надо сделать как можно больше вегетацию. Для этого надо хороший фунгицид и надо самый поздний азот, чтобы протянуть вегетацию уже самого колоса именно после цветения. Чем дольше пшеница будет расти после цветения, чем дольше будет зеленая, тем больше будет зерен в колосочке. А получается как – 50 зерен в колосе или 75 – 50 % разницы в урожае. А разница в урожае. Масса зерна с поля 30 г и 40 г – еще 25 % урожая. Если все это умножить, вот тебе, пожалуйста, 30-40% урожая. То, что берется реально за месяц.

– Как будто все просто?

– Да, все просто. Очень просто. Я видел колос, в котором 150-170 зерен. Он был весь в болезнях. Это были запущенные опыты в Чехии. Я не поверил своим глазам – в колосочке было 10 зерен. Я подумал, что не так? Почему все говорят – 2, 3, максимум – 4. Начал все это разбирать. Получается такой парадокс – пшеница цветет с центра колоса. Все говорят, что цветение пшеницы, как правило, 2-3 часа. Она цветет от 2-3 часов до 3-4 дней. И получается, что первый колосок отцветает и пока отцветет последний проходит 3-4 дня. В первом колоске в середине колоса формируется 10, в следующем – 8-9, потом – 6-7 и сходит вверх до 3. Получается, что 4 дня продолжения вегетации формирует вот такой потенциал урожайности. Значит, что нужно было сделать? Нужно было продлить как можно больше вегетацию.

Мы это делаем. Мы уже восемь зерен получаем в центре.

– Получается, все что вы делаете – это желание продлить вегетацию, чтобы раскрыть потенциал пшеницы?

– Да, и при этом не обязательно иметь на квадратном метре все в колосьях. У меня был такой случай – приехали друзья, сели в комбайн, едем вдвоем. Пшеница по подсолнечнику, поздняя. Мы тянули вегетацию специально, делали колос. И мы когда молотили, я чувствовал как колосья падали на стол жатки. Был будто такой звук: бух, бух… Они были такие тяжелые! И самое главное, что было видно землю – было очень редко. И мы собрали там по 5,5 т/га. Я задаю себе вопрос: а если было бы в 2 раза больше колосьев? Это 10 т! Предела нет!

В этом году мы готовили много полей, чтобы получить десяточку. А получили – 9,24. Это лучший результат по полю. Было много полей от 7,5 до 8,5. Это были просто массивы, где такая урожайность. Есть, конечно, и свои проблемы. При No-till самый сложный севооборот – это когда есть озимая пшеница и озимый рапс.

– А какой у вас севооборот?

– Пшеница – рапс – пшеница – подсолнечник – пшеница – соя. Подсолнечник – это большие деньги и хорошие результаты в каждый год. Рапс – это первые деньги и всегда стабильная цена. Форвард, все покупают. Соя – это страховая культура. Если повезет – 2,4-2,5 т/га, если не повезет – 1,7-1,8 и она может сгореть. Если в пик цветения и налива жара – просто сбрасываются стручки и все. Она чистая, вымахивает 1,5-1,8 м, но не хватает массы – зерно очень мелкое.

– Самый интересный момент. Многие люди, которые получают высокие урожаи пшеницы, считают, что при No-till невозможно сеять рапс из-за большого количества соломы на поле. Люди не знают, как справиться с соломой, получить всходы.

– Первое, один из элементов No-till – это менеджмент соломы. Если в комбайне нет резки, или она есть, но там некачественные ножи, если нет половоразбрасывателя, то все поля будут полосатыми. Полова еще больше вредит, чем солома. Приведу пример – как раньше хранили пшеницу в Казахстане, и даже в Украине. Просто сыпали курган, шел дождь. Часть половы, потому что она легкая, лежала всегда сверху. И полова вместе с пшеницей делала 3-4 см корку. Потом пшеница могла лежать полгода, год, потому что сверху образовался вот такой слой. Потом подъезжали, сверху все разгребали и оттуда брали качественную пшеницу.

Это точно также, только еще хуже. Потому что там полова с пшеницей, а здесь чистая полова. И полова, как только туда попадает вода, служит такой коркой как плита. Ты не можешь туда посеять, потому что не можешь разрезать ее, а вминаешь ее. А самое главное, чтобы не подвесить семена – должен быть контакт с почвой. Тебе надо положить под это все – а это проблема. То есть, первое что надо, это менеджмент соломы и менеджмент половы.

– Именно No-till позволяет достичь вашей главной задачи – стабильность и минимум затрат?

– Абсолютно. Пока что у нас все получается. Так как мы все оставили на No-till, то после уборки пшеницы, подсолнечника, сои мы не трогаем почву вообще. Даем отрасти там всему – сорнякам, падалице. Пусть растет! Потом, самое оптимальное, когда это все покрывает землю, вносим глифосат, дикамбу. И все остатки становятся коричневыми, ложатся на землю и закрывают ее. Многие люди в этот момент думают, что мы бросили землю. Конечно, выглядит это со стороны ужасно.

А фактически у нас получается бесплатная покровная культура. Зачем тратить еще 5 л солярки, чтобы посеять 15 кг горчицы? А потом ты приходишь на поле поднимаешь все эти растительные остатки, а там червяки не в почве, а ползают по поверхности и едят эти остатки. Там на 10 см квадратных по 10 штук сидит. Это больших, а мелких…

Весной часто мы хотим сеять, а не можем. Соседи сеют, а мы ждем. Надо чтобы почва ожила после зимы. Она должна быть готова физиологически, физически. Куда спешить? Если раньше спешили быстрее, чтобы влагу не потерять, то сейчас не спешим, потому что влаги не меряно.

 

Автор: Михаил Драганчук, No-till.ru

Источник: No-till.ru