Профессор Константин Кулик: «Четверть урожая приносят полезащитные насаждения»

Константин КуликС каждым годом сельхозтоваропроизводители на Юге России стремятся повысить урожайность культур, применяя новые сорта, используя удобрения, инновационные агротехнологии в земледелии. Однако фермерским и крестьянским хозяйствам не всегда удается сохранить плодородный слой почвы. О том, почему это происходит и как избежать истощения плодородного слоя, а также восстановить высокий урожайный потенциал земель журналу «Рынок АПК» рассказал директор Всероссийского научно-исследовательского агролесомелиоративного института академик РАН Константин Кулик.

– Константин Николаевич, расскажите, пожалуйста, подробнее об основных направлениях деятельности вашего института.

– Наш институт был учрежден в 1931 г. в подмосковном Пушкине, и одной из первых задач было устранение последствий голода в Поволжье, вызванного сильнейшими засухами. Некогда плодородные земли требовали срочного восстановления. ВНИАЛМИ был создан для научного и инновационно-технологического обеспечения земледелия, мелиорации, защитного лесоразведения, борьбы с деградацией и опустыниванием сельхозземель СССР, сохранения и повышения плодородия почв. На данный момент наш институт – единственный в мире научный центр, который занимается борьбой с засухой и деградацией земель с помощью систем защитных лесных насаждений для устойчивого развития сельских территорий в условиях глобального и региональных изменений климата. Кроме того, хотелось бы отметить, что 29 июля текущего года институт был реорганизован в «Федеральный научный центр агроэкологии, комплексных мелиораций и защитного лесоразведения Российской академии наук».

– Что представляет собой агролесомелиорация?

– Это комплекс лесокультурных и лесоводственных мероприятий, направленных на сохранение, восстановление и улучшение земель, создание условий для более эффективного ведения сельского хозяйства с помощью лесонасаждений различного функционального назначения.

– Но ведь сейчас ученые-селекционеры активно работают над выращиванием культур, адаптивных к условиям местности. Кроме того, химики выводят новые типы удобрений, повышающие уровень урожайности.

– Это факт. Но данные научные разработки не решают всех проблем рационального агроприродопользования. По сути, защитные лесные насаждения – это заслон от таких природных факторов, как засуха, суховейные ветра, пыльные бури. Системы лесополос помогают решить вопрос стабилизации сельскохозяйственного производства и наращивания плодородия. Лесополосы помогают также в борьбе с водной и ветровой эрозией, увеличивают количество гумуса в межполосных пространствах поля, улучшают микроклимат, а также имеют важное рекреационное значение. Агролесомелиорация является не только наиболее экологичным, но и наиболее экономичным видом мелиорации.

– И что будет с землями, если не предпринимать меры?

– Если фермеры будут работать на земле, используя весь ее потенциал, даже применяя новые технологии, но при этом не занимаясь лесомелиорацией, то могут полностью потерять свои земли. Приведу несколько цифр. По сравнению с 1990 г. площадь сельскохозяйственных угодий РФ, подверженных эрозии и дефляции, увеличилась на 22 млн га и составила 126 млн га. За последние 100 лет содержание гумуса в почве снизилось на 30–40%. Более свежий пример. Прошлогодние пыльные бури, обрушившиеся на Юг России в конце марта – начале апреля, стали следствием несоблюдения технологий выращивания сельхозкультур, а также отсутствием завершенной системы защитных лесных насаждений. Результат – ущерб около 500 млн руб.

– Почему эти проблемы возникают? Защитные лесополосы требуют особого ухода?

– Как и все живые организмы, лесополосы требуют к себе внимания. До 3–7 лет (а в особо засушливых районах и более) нужен уход: борьба с сорняками, культивация и пр. Как только кроны деревьев смыкаются, необходимость в уходе за лесополосой отпадает. Проблемы возникают тогда, когда деревья «впадают» в возрастной кризис – в засушливой зоне 60–70 лет, поэтому не дожидаясь этого периода, необходимо проводить рубки возобновления ухода, убирать сушняк, создавать соответствующую конструкцию полосы для продувания, чтобы снег распределялся равномерно на поле. В СССР создание лесополос поддерживало государство. За всю историю защитного лесоразведения в Советском Союзе было выращено 5,7 млн га насаждений. Посаженные в 1950–1970-е гг. деревья сегодня достигли критического 70–80-летнего возраста, то есть их необходимо заменять, однако делать это некому, поскольку лесные полосы де-факто бесхозные: в последние 20–30 лет внимание российских властей к данному вопросу значительно снизилось. Отсюда главнейшая проблема – недостаточная государственная поддержка защитного лесоразведения, а также определение собственника лесополос. Решение этих задач возможно только при законодательном регулировании на федеральном и региональном уровнях.

В передовых странах за защитными лесными насаждениями следит государство. В течение 3–5 лет оно поддерживает уход за деревьями, а далее передает в собственность фермеру, после чего землепользователь становится ответственным за лесополосы. И далее государство контролирует деятельность фермера: если теряется плодородие, то на собственника накладываются серьезные штрафы, которые делают всю работу невыгодной.

– О каких странах вы говорите?

– Это, в первую очередь, Китай, где ежегодно высаживается до 1,5 млн га защитных лесных насаждений, Канада – 350 тыс. га, США – 200 тыс. га. В России показатели крайне низкие – 20 тыс. га в год! Сейчас на территории РФ осталось около 2,5 млн га защитных лесополос, в то время как необходимо иметь около 7 млн га. При таких темпах создания насаждений мы потеряем оставшиеся посадки через десяток-другой лет.

– Как в этом плане обстоят дела на Юге России?

– Сейчас в общей сложности по ЮФО растут почти 360 тыс. га полезащитных лесных насаждений, однако необходимо еще создать примерно 290 тыс. га. Количество противоэрозионных лесных насаждений неутешительное – 194 тыс. га при необходимых 590 тыс. га.

Более-менее нормальное положение сохраняется в Краснодарском крае, где выпадает достаточное количество осадков, а также урегулирован вопрос собственности защитных лесных насаждений. Контроль за насаждениями осуществляют местные власти. Здесь имеется 150 тыс. га лесополос, необходимо посадить еще 36 тыс. га. Несколько хуже дела в Ростовской области: помимо имеющихся 230 тыс. га лесных насаждений, нужно вырастить еще 160 тыс. га. Наибольшего внимания заслуживают Астраханская область, на территории которой сейчас лишь 30 тыс. га лесных насаждений, а для стабилизации ситуации следует вырастить еще не менее 240 тыс. га. Кроме того, положение критическое и в Волгоградском регионе: 190 тыс. га лесополос недостаточно, необходимо вырастить еще 345 тыс. га. Больше всего лесополос по ЮФО требует Калмыкия – 350 тыс. га при нынешних 60 тыс. га. Острая недостаточность лесных насаждений в Калмыцкой республике связана с опустыниванием региона в 1980–1990-е гг.

– Влияют ли защитные лесные насаждения на прирост урожая?

– Как я уже говорил, агролесомелиорация способствуют приросту сельскохозяйственной продукции. По данным ВНИАЛМИ, в лесоаграрных ландшафтах повышается актуальное и потенциальное плодородие почв, увеличивается содержание гумуса (в лесомелиорированных ландшафтах РФ аккумулировано около 200 млн т гумуса) и биофильных элементов, улучшается структура и водопрочность почвенных агрегатов, активизируются микробиологические процессы, снижается содержание токсичных солей. Средняя урожайность зерновых культур под защитой насаждений выше, чем на незащищенных полях на 18–23%, технических – на 20–26%, кормовых – на 29–41%. К примеру, имеющиеся 1,2 млн га полезащитных лесополос обеспечивают получение около 12 млн т дополнительной сельскохозяйственной продукции (в зерновом эквиваленте). Подсчитано, что на территории малолесных промышленно развитых районов страны защитные лесные насаждения секвестровали 426 млн т СO2.

Таким образом, фермеры получают «незримую», но вполне материально ощутимую пользу, она же прибыль, от защитных лесополос. Например, на 16 августа в Волгоградском регионе уже собрали 3,7 млн т урожая, при это четверть продукции, то есть 925 тыс., дали лесные насаждения.

– Если это возможно, приведите конкретный пример восстановления почв после их деградации.

– Наш успешный опыт связан с печальной ситуацией, сложившейся в 1970–1990-е гг. в Калмыкии, а также на территории Дагестана, когда возникла первая в Европе антропогенная пустыня, растущая лавинообразно. Образование открытых подвижных песков достигало 50 тыс. га в год. Причиной опустынивания стала неадекватная распашка легких почв, а также сильнейший перевыпас скота. Учеными и практиками при поддержке государства в 1986 г. была разработана генеральная схема по борьбе с опустыниванием. В ней главное место было отведено созданию защитных насаждений на песках, кроме того, с территории полностью вывели скот, создали питомники, мелиоративные станции. Для предотвращения опустынивания необходимо было закреплять свыше 100 тыс. га в год подвижных песков, и этот показатель был достигнут. Если бы не были предприняты меры по стабилизации ситуации, то в течение 5 лет Калмыкия превратилась бы в пустыню, непригодную не только для земледелия, но и для нормальной жизни. Есть также много примеров создания завершенных систем защитных лесонасаждений на землях сельхозпредприятий в Волгоградской, Ростовской областях и Краснодарском крае.

– Есть ли вероятность повторения ситуации?

– Не в таком критическом состоянии, но вероятность высока. Если внимание государства не вернется к агролесомелиорации, то в ближайшие 20 лет мы потеряем всю систему защитных лесных насаждений на территории юго-восточных регионов, что повлечет за собой повторение стихийных бедствий, снижение урожая сельскохозяйственных культур, ухудшение общей экологической ситуации.

 

Беседовала Елена Доронина