Ставропольская порода овец стала достижением селекции

ОвцаНовую породу «джалгинский меринос» ставропольцы выводили почти 70 лет.

В племзаводе «Вторая пятилетка» Ипатовского района Ставропольского края вывели новую породу тонкорунных овец, названную «джалгинский меринос». На днях ее включили в Госреестр селекционных достижений, допущенных к использованию, с целью дальнейшего развития в качестве племенных на всей территории РФ. Но высококачественная шерсть в стране и крае по-прежнему не востребована.

 

70 лет селекции

– Нам это удалось, несмотря на то, что овцеводство является одной из самых непопулярных, трудоемких и не особо поддающихся модернизации отраслей, – рассказал Игорь Сердюков, руководитель племзавода «Вторая пятилетка». – История селекции породы на базе нашего хозяйства начинается с 1944 года. Отбор животных позволил создать высокопродуктивное стадо шерстного направления с одним из самых тонких показателей руна и в крае, и в стране.

Другая линия выведенной породы представляет мясное направление. Общая численность стада сейчас – 13 тысяч голов. Новая порода востребована пока только за пределами края: Астраханской, Волгоградской, Саратовской областях, Краснодарском крае, Калмыкии.

– Племенное овцеводство в сегодняшних условиях не может быть прибыльным. Оно превратилось практически в социальную отрасль. Работать становится все сложнее из-за резкого удорожания ГСМ, кормов, снижения спроса на продукцию. Мы испытываем острую потребность в кадрах, но профессия животновода все менее популярна, несмотря на то, что мы регулярно поднимаем зарплату. При этом полтора десятка мужчин нашего села в возрасте до 40 лет стоят на бирже труда, – посетовал Сердюков.

По данным Союза овцеводов России, из 55 тысяч тонн шерсти, производимой в стране (примерно пятую часть в ней составляет ставропольское руно), реализуется только две трети, остальная не востребована. А на будущий год текстильная и легкая промышленность заказала всего 20 тысяч тонн шерсти. Что же делать овцеводам в этой ситуации? Неужели опять резать животных?

– А нужны ли нам вообще овцы сегодня? Отрасль становится исчезающей. Особенно печально осознавать, что она постепенно сходит на нет даже там, где является социально значимой, – говорит Герой Труда, почетный гражданин Ставропольского края, академик Российской академии сельскохозяйственный наук, экс-руководитель НИИ животноводства Василий Мороз.

Между тем по официальной статистике, овцеводство в крае не только здравствует, но и процветает. Специалисты подтверждают, что основным производителем качественной тонкой шерсти в России сейчас являются племзаводы, в частности, ставропольские. По информации замминистра сельского хозяйства Ставрополья Виктора Захарченко, в регионе работают 25 племенных организаций (14 заводов, десять репродукторов и один селекционно-генетический центр). Поголовье в племхозяйствах по сравнению с прошлым годом увеличилось на 2,8 процента, составив 226 тысяч животных. В крае разводят шесть видов тонкорунной овцы, численность которой составляет около 170 тысяч голов (более 88 процентов от общего поголовья), два вида полутонкорунных и одну грубошерстную.

 

Ненужное руно

Действительно, достижения региона трудно переоценить. Именно на ставропольской земле впервые в стране появились тонкорунные и полутонкорунные породы: кавказская, ставропольская, манычский меринос, северокавказская мясо-шерстная и ташлинская. В племенных хозяйствах края получают шерсть высокого и наивысшего качества. Традиционно отмечая достижения, углубляться в то, что ставропольское руно сегодня мало востребовано, чиновники не очень-то любят.

– Мы десятки лет работаем по совершенствованию пород овец. За последние два года, наконец, сформировали программу по развитию овцеводства и нарастили численность животных, что позволило увеличить настриг шерсти и выпуск баранины. На этом, пожалуй, список побед можно закончить, – говорит председатель Союза овцеводов России Михаил Егоров. – Проблема была и остается: реализация шерсти, которой производим гораздо больше, чем текстильная промышленность в состоянии потребить.

В этом с ним согласен и академик Мороз, но по поводу увеличения численности стада готов поспорить:

– Нам с высоких трибун говорят, что в регионе растет поголовье овец. Я часто езжу по краю, и что-то не припоминаю, чтобы мне в последнее время хоть один руководитель хозяйства похвастался, что нарастил численность стада. Оно, конечно, растет, но за счет частного сектора, частных отар, что и отражают в отчетах.

По словам ученого, Ставрополье на протяжении ряда лет является лидером племенного овцеводства в России. Половина всех элитных животных (более 800 голов), закупавшихся государством в Австралии, Финляндии и Голландии, отправлялись в край. Но на определенном этапе начался застой, и племенной материал стали использовать неэффективно.

– Грозненская порода практически исчезла, а ведь ее выводили больше 60 лет, сколько диссертаций защитили! Практически во всех хозяйствах (за исключением отдельных на востоке) наблюдается снижение живой массы животных. Не вовремя стрижем овец, неправильно кормим. Да и кормовая база в последние годы ухудшилась, кадровый потенциал специалистов и чабанов снизился. Выпускников школ теперь не заманишь учиться на зоотехника. Результат – в четырех племенных хозяйствах края уже нет селекционеров. А оставшиеся кадры давным-давно окончили вузы, и переподготовку проходить не желают, отсюда самодеятельность и непрофессионализм. Недавно в краевой сельхозакадемии организовали курсы для овцеводов. Так на них приехали только животноводы из Дагестана и Калмыкии, а из Ставропольского края был всего один специалист, – перечисляет проблемы Мороз. – Усугубляет ситуацию то, что государство решительно отказалось от закупки шерсти. И это в стране, где холодно восемь месяцев в году! Ходим в китайской и турецкой синтетике, а потом удивляемся аллергиям и частым простудам. А сколько раз наши солдаты-срочники целыми гарнизонами попадали в больницу (у некоторых был летальный исход) из-за синтетической одежды? Сейчас в армии новая форма, но в ней полушерстяной только шарф, она морозы не выдержит. При этом во всем мире за супертонкую шерсть, которую как раз и производят в крае, платят огромные деньги. Если наше руно никому не нужно, давайте откажемся от него! Но на что люди в селах будут жить? Сохраняя овцеводство, насколько это возможно, руководители хозяйств сохраняют и свои районы от экономического упадка и обезлюдивания.

 

Шерстяной аврал

По мнению академика, выходом из ситуации мог бы стать госзаказ на шерсть по достойной цене. За год на главном мировом рынке в Австралии стоимость шерсти выросла на 15 процентов. Но ставропольские овцеводы, получая от государства дотации на содержание племживотных, отдают свое руно за бесценок Китаю, тем самым создавая там рабочие места, а потом покупают готовые изделия из своей же шерсти.

По словам Михаила Егорова, больше десяти лет в России существует распоряжение главы государства о том, чтобы Минобороны, МВД и другие силовые структуры заказывали одежду из отечественного сырья. В этом году было совещание по этому вопросу с переработчиками в Вологде, на котором президент России напомнил о том, что отечественную промышленность необходимо обеспечить своим же материалом.

Ну а пока текстильщики и камвольщики раскачиваются, овцеводы от безысходности продолжают отправляют шерсть за рубеж. В 2010 году продано 5,5 тысячи тонн, в 2012 – 3,5 тысячи.

– Но и в нашу страну шерсти завозится примерно столько же, сколько мы реализуем отечественной, – отмечает Егоров. – Кроме того, в прошлом году вдвое увеличен ввоз шерстяной пряжи, в 2,2 раза – тканей из шерсти, а тканей камвольных – в четыре раза. Я уже не говорю про шерстяные одеяла, трикотаж, напольные покрытия… Возникает вопрос: кого наше государство поддерживает рублем? В этой связи мы недавно общались с руководством Дагестана и Калмыкии (крупнейшими производителями шерсти) и пришли к выводу, что нужна федеральная межотраслевая программа под условным названием «Российская шерсть». Минсельхоз, Минпромышленности и Минторговли должны предусмотреть импортозамещение по этой программе. А мы, безусловно, должны продавать столько, сколько производим. Но пока на Ставрополье нет даже предприятий, которые бы выпускали изделия из шерсти.

Еще одна проблема – трудности с реализацией баранины. После вступления России в ВТО цены на российское мясо упали на 40 процентов. Поэтому на Ставрополье большая часть мясного поголовья овец осталась «на передержку», его будут кормить еще одну зиму, но не факт, что баранину, еще больше выросшую после этого в цене, смогут продать по адекватной стоимости на следующий год.

– Сейчас на Северном Кавказе обустраивается туристический кластер, но уже очевидно, что баранину туда будут завозить австралийскую, новозеландскую и аргентинскую. Беда наша в том, что реализуем мы мясо в тушках, в крае нет глубокой переработки баранины. Ресторанному же бизнесу это не подходит. Там наше мясо не берут, потому что его некому рубить. Общепиту проще закупать импортное фасованное, и мы в этой сфере пока не конкурентоспособны, – отмечает Егоров.

 

Комментарий

Александр Мартычев, министр сельского хозяйства Ставропольского края:

– Животноводы края сохранили племенную базу по овцеводству. В текущем году государственная поддержка из федерального и краевого бюджетов составила 158 миллионов рублей по племенному направлению, а в целом по отрасли животноводства – свыше 664 миллионов рублей. Наша задача – помочь племенным хозяйствам с реализацией молодняка, обеспечить племенным поголовьем не только сельхозорганизации, но и фермерские, личные подсобные хозяйства. Должен отметить, что если в общественном животноводстве ведется племенная работа с животными, то в фермерских хозяйствах господствует народная селекция. Честно сказать, не дорабатываем целый пласт вопросов. Общая картина такая: племенное животноводство сегодня в серьезном кризисе, нет кадров, нет специалистов для развития отрасли.

Светлана Емельянова
Источник: «Российская газета»