«Барыбино»: в десятке крупнейших производителей молока – своими силами

fotoПлеменной завод «Барыбино» – самое большое хозяйство в Московской области по земельной площади (14 тыс. га) и численности крупного рогатого скота (10 тыс. голов). В целом в стране едва ли найдется два-три подобных ему. Разве что агрохолдинги могут с ним соперничать, а таких, чтобы все хозяйство было под одним юридическим лицом, больше почти и нет.

Во второй половине 1980-х гг. из сельского хозяйства уходило былое благополучие – сокращалось государственное финансирование, в обществе формировалось негативное отношение к отрасли, которую нередко называли черной дырой в экономике страны. Однако, вопреки обстоятельствам, «Барыбино» набирало темпы, а бывшие успешными хозяйства доживали свои последние дни. Как это понять?

– Большинство из них привыкли жить в тепличных условиях, за счет государства. И когда появилась возможность работать самостоятельно, многие жили ожиданиями, что сейчас что-то изменится, что «наши придут». А мы понимали, что никто не придет. Может быть, кому-то и начали бы давать деньги, но опять же мы к этой категории не относились: мы были самыми плохими, – объяснил экономический парадокс Гулько.

В хозяйстве рассчитывали только на свои силы, постоянно, как здесь говорят, расшивали узкие моменты. Когда поняли, что в стране плохи дела с концентратами, построили свой комбикормовый завод. Когда возникли проблемы с переработкой продукции и пришло понимание, что на этих проблемах хозяйство теряет деньги, появились цеха по переработке мяса и молока. В 1992 году «Барыбино» присвоили звание государственного племенного завода. За счет собственных средств реконструировали все животноводческие помещения, перевели животных на беспривязное содержание, установили самое современное оборудование для молочных ферм.

 

Собирание земель

Возникнет резонный вопрос: как все-таки изначально маленькое хозяйство стало обладателем 14 тысяч га земли? Давайте вспомним 1990-е. Проезжающий по дорогам России в любом регионе мог увидеть полуразрушенные фермы, брошенную тут же технику, бурьян вокруг в человеческий рост. С таких-то земель и началось расширение «Барыбино». Вот что рассказывает об этом Давид Михайлович:

– Первой была присоединена Государственная опытная станция Всесоюзного института удобрений. Предприятие стало банкротом, не смогло содержать свою ферму. Мы приняли ферму, стадо было практически непригодным, пришлось выбраковать и завезти туда свой скот. Вторым присоединением стала обанкротившаяся ферма «Красный путь». У них после банкротства остался никем не востребованный откормочный свиноводческий комплекс. Он бездействовал, никому был не нужен. Мы его достаточно дешево выкупили. Был тогда комитет по банкротству, вот через него мы выкупили этот комплекс. Он был в ужасном состоянии – и крыша упавшая, и обвалившиеся стены. Мы все вырубили, залили бетонные полы и сделали откормочный цех для бычков, потому что к тому времени все откормочные хозяйства были разрушены, и некуда было сдавать рождающихся бычков. Сейчас их у нас 2500 голов.

Но этих бычков нужно было кормить, а земли для выращивания кормов не хватало. Поэтому следующим присоединился к «Барыбино» совхоз «Подхоженский» в Серебряно-Прудском районе Московской области. Ситуация там была тяжелейшая – не на что и некому было сеять, а рабочие полгода не получали зарплату. Так появился филиал ПЗ «Барыбино» без образования юридического лица, где было 750 коров и 4,5 тыс. га земли. Потом компания Coalco, акционер и спонсор племзавода, передала в управление свое хозяйство «Заря Подмосковья». В советские годы это было лучшее хозяйство по крупному рогатому скоту. Там около шести тысяч га земли, но скота осталось мало – 750 голов. Зато достаточно большой коллектив – 250 человек. Это предприятие было модернизировано, и сейчас там работает всего 60 человек.

– Потом благодаря нашим акционерам, – говорит Давид Михайлович, – мы присоединили военный совхоз «Лобаново», где много лет ничего не возделывалось, поля заросли лесом. Мы его два года корчевали, наводили порядок. Сейчас там 4000 коров, а все стадо у нас составляет 10 тысяч голов, из них 7 тысяч – дойное голштинской породы. Недалеко от нас находится хозяйство «Ильинское», принадлежавшее Россельхозакадемии. Оно было заброшено, некоторые поля уже 20 лет не пахались, тоже лесом заросла. И вот в этом году мы его начали приводить в порядок. Там где-то 1410 га пашни, а всего 1600 га земли. Вот мы 1050 га засеяли весной и около 360 га оставили на осень под озимую пшеницу.

 

По опыту американцев

Три года назад в хозяйстве завели новую породу скота – мясную симментальскую. Цель – издержки производства перевести в прибыльное русло. Как сказал Гулько, в хозяйстве постоянно остается какой-то объем кормов, которые непригодны для молочного скота. Несмотря на мощную технику, не удается все заготовленные корма доводить до нужной кондиции – мешают дожди. Из-за них в кормах снижены показатели по энергии и белку, что недопустимо для молочных коров. А куда девать эти корма, которые в принципе пригодны и прекрасно поедаются животными? Ответ нашли в США. Там для мясного скота используют корма такого качества – с низким протеином, низкой энергетикой. Конечно, эти корма не должны быть испорченными.

– Мы, – говорит Гулько, – завезли нетелей-симменталов, и сейчас там уже 800 голов скота этой породы.

Молоко от этих коров хозяйство использует исключительно на выпойку новорожденных телят. Что же касается молочного стада, то в «Барыбино» надои в среднем до 7000 кг в год.

– Особо не растем выше этого показателя,– объясняет Давид Михайлович, – потому что для коровы, которая будет давать молока свыше 7000 кг, нужен обязательно соевый жмых или шрот. А так как он практически весь привозной, то стал очень дорогим, и мы его не используем. Сои в стране производят мало.

 

Банковско-сетевое проклятье

В год ПЗ «Барыбино» производит 27 тыс. т молока (восьмое место в рейтинге крупнейших производителей молока России за 2014 год по версии ассоциации «Союзмолоко»). На своем заводе перерабатывается всего 10%, а остальное продают. Молоко высшего сорта охотно покупают фирмы «Кампина» и «Данон». Раньше поставляли и на «Эрманн», но не устроило ценообразование.

Проблема в том, что сегодня иметь собственную переработку молока, если нет своей мощной сбытовой системы, не слишком выгодно, поскольку приходится иметь дело с торговыми сетями. А они выдвигают поставщикам грабительские требования.

– Сетевики отличаются неприятными для нас условиями, – рассказывает Гулько. – Например, в цену мы должны закладывать сумму на премиальную систему. Самое неприятное то, что они вообще не заинтересованы в продаже молока. Они ставят такие условия: то, что они не продали, мы должны забрать обратно. Есть некоторые виды молочной продукции, которые можно еще раз переработать, а такие, как ряженка, топленое молоко, остается только выбросить. Мы общаемся с фирмой «Данон». Так вот, там за последние полгода цены на продукцию повысили на 15%. Магазины, несмотря ни на какие кризисы, четко ставят свои 20–30%, в результате они свою маржу всегда получают, вдобавок они еще и не заинтересованы в продаже, и мы все равно вынуждены то, что они не продали, забрать. А если им не дать премию, то они продукцию даже на прилавок не будут выставлять. Как бы ни говорили о сетях, что там все в порядке, это совсем не так. Они нас останавливают в росте, мы не можем поднимать цену. Поэтому, когда работаешь с сетями, переработка далеко не выгодна. Лучше работать с маленькими магазинами шаговой доступности, они быстрее реализуют, у них нет таких кабальных условий, единственное – мы должны сами доставлять небольшие объемы, но работать с ними намного приятнее.

Вторая проблема, которую обозначил Гулько, – работа с банками: в любой ситуации хозяйству достаточно сложно получить кредит, даже такому крупному, как «Барыбино».

– Вот откуда-то взялась ключевая ставка, – говорит директор, – которая увеличивает стоимость наших кредитов. У государства никогда не будет денег для субсидирования сельского хозяйства при такой политике банков. Вообще ситуация с банками приводит к тому, что мы берем кредиты, государство их субсидирует, у нас может оставаться 3–4%, но богатеет на этом банк. А вот в Евросоюзе одно время было так: покупаешь технику, и тебе гасят 50% ее стоимости. Понятно, что государство субсидирует и помогает сельхозпроизводителю. Если бы я знал, что мне погасят 50% стоимости техники, я бы нашел деньги, даже в банке, но я бы брал кредит на меньшую сумму. Или в какой-то степени использовал свои средства. Эту политику надо изменить. Потому что возможность брать кредиты у хозяйства ограничена, а это значительно тормозит развитие производства.

 

Обратной дороги нет

И все же, несмотря на различные препоны и нестыковки, сельскохозяйственные предприятия почувствовали позитивные перемены от введенного эмбарго на ввоз продовольствия из ряда стран и строят планы или уже реализуют их по увеличению производства. Собирается расти и племзавод «Барыбино». Относительно недавно хозяйство посетил губернатор Московской области Андрей Воробьев, который попросил Давида Михайловича восстановить еще одну разрушенную ферму, а взамен обещал построить небольшой участок дороги, которая очень нужна предприятию. В следующем году, говорит Гулько, хозяйство планирует заняться этой фермой и там будет мясное отделение – на 1,5 тыс. голов крупного рогатого скота, но нужно нарастить стадо.

Хозяйство выращивает много зерна. В основном это пшеница и ячмень, немного овса – на семенные цели, а всего под зерновыми культурами занято 4,5 тысячи га. Но самым главным достижением в этом направлении является выращивание кукурузы на зерно. Вот уже четыре года подряд здесь производят концентрированные корма из своей кукурузы. А раньше покупали по 10 руб. за килограмм, что очень дорого. Сейчас появилось много ранних сортов кукурузы, вот в «Барыбино» и решили попробовать. Одно плохо – собранные початки приходится сушить, но все равно продукция получается дешевле, нежели если ее пришлось бы покупать. Ежегодно этой культурой засевается 500–600 га, а урожайность доходит до 100 центнеров с гектара.

Сегодня, говорит Гулько, даже в Московской области много пустующих земель, а по всей России – тем более. Есть возможность существенно нарастить производство продуктов питания, воспользовавшись условиями эмбарго.

 

Вера Зелинская

Источник: журнал «Аграрное обозрение»